Кафедра по изучению стран постсоветского зарубежья РГГУ
На главную страницу Обратная связь Карта сайта

Подписка на рассылку публикаций:

Имя:
E-mail:
04 июня 2012

О некоторых нюансах российско-турецких взаимоотношений второй половины 1921 г. Или

О некоторых нюансах российско-турецких взаимоотношений второй половины 1921 г. Или "Армянский вопрос" теряет актуальность (Ч. 2)

Продолжение. - Начало

Энвер вместо М. Кемаля?

"Концессионная передышка" привела к выводу с июня 1921 г. советских войск из иранского Гиляна. С другой стороны, - в начале июля греки (ну не без добра же Англии) перешли в наступление на турецкие позиции, овладев Эскишехиром.

Безусловно, М. Кемаль не мог не осознавать обязательного отрицательного отражения российско-британского торгового договора на перспективах политико-военного взаимопонимания между Анкарой и Москвой (пусть и на время). Но, в условиях устремления Британии к Турции, позволить себе бездейственное ожидание окончания периода ленинского "надувательства" он не мог. Именно здесь кроется причина активизации им профранцузского настроя, благо в тот период политико-экономическое соперничество Парижа и Лондона достигло апогея. Хотя Анкарское Великое Национальное Собрание Турции (ВНСТ) не ратифицировало заключенные на Лондонской конференции соглашения страны с Францией и Италией (проконстатировав ущемления ими суверенитета страны), франко-турецкое сближение было налицо.

Еще в мае 1921 г. Анкара, аналогично шагам России в британском векторе, предложила французам экономические рельсы вхождения в Турцию (посредством капиталовложения, торговли и т.д.). Правда, предложение не могло сыграть вне политических договоренностей, к которым шли обе стороны. Франция, в свою очередь, гарантировала поддержку М. Кемалю в деле восстановления бывших закавказских правительств, но последний, будучи блестящим политиком, опрометчивых поступков не предпринимал. В любом случае, 21 июня Анкара и Париж заключили временное соглашение о прекращении военных действий в районе Киликии(1).

Без сомнений, французский вектор внешнеполитической деятельности Турции находился в зоне видимости России. Однако, новые гео-конфигурации не позволяли (во всяком случае, на первых порах) оказывать явную поддержку М. Кемалю. Тем самым, ситуация вполне созрела для периода притормаживания отношений между Москвой и Анкарой.

Вместе с тем, активное движение М. Кемаля в европейскую сторону настолько насторожило большевиков, что они приступили к подготовке его возможного "сменщика" в лице небезызвестного Энвера, находившегося на особом счету у большевиков. Сподвижник Ленина Карл Радек, с кем в 1919 г. Энвер обсуждал вопросы совместной антибританской борьбы по линии Коминтерна, в свое время именно через турок осуществил выход на Германию для пробития союза Германии с большевистской Россией (хотя глобально цели Энвера и ленинцев были различны).

В августе 1920 г. последний оказался в Петрограде по линии германского генералитета, а именно - Ганса фон Секта (главнокомандующий рейхсвером), готового идти на контакт с большевиками в целях ликвидации последствй антигерманских условий Версальского мира. Посредством Энвера до Ленина были доведены предложения Берлина. Поражение России от Польши спутало все карты, и Энвер был ориентирован на "восточное" направление, становившимся основным для большевистского руководства по экспорту социалистической революции. Его фактор оказался очень кстати в вопросе поставок оружия из Германии в Россию для турецкого направления(2). Он настолько стал своим для большевиков, что ему предоставили возможность выступить на 1-м съезде народов Востока в Баку в сентябре 1920 г. со своей декларацией. Энвер, в частности, зачитал, что турки вынуждены были "воевать на стороне германского империализма", желая "сохранить свою независимость". Но он лично ненавидит английских имеприалистов точно так, как и германских, а вот Советская Россия "содействовала" открытию нового пути "для спасения мира"(3).

Складывавшаяся к описываемому периоду геополитическая канва подвела Москву к серьезному рассмотрению "варианта Энвера" в преломлении к Турции. Еще 22 апреля 1921 г., спустя чуть больше месяца(!) после подписания российско-турецкого договора о «дружбе и братстве» Глава Наркомата иностранных дел (НКИД) Георгий Чичерин призывал инициировать организацию "турецких националистов - не кемалистов", обосновывая это полезностью "быть в контакте с параллельным [Кемалю] турецким центром". Фактор же Энвера актуализировался представлением его тончайшим политиком, "лучше кемалистов" ориентирующегося "в нынешней действительности" и понимающего "нашу роль". В контексте чего целесообразно пользоваться его содействием и "политическими услугами", поэтому "сохранить с ним дружбу" и привязывать "к нам необходимо"(4).

Поэтому не случайно положительное рассмотрение Политбюро ЦК РКП(б) вопроса о субсидиях "группе Энвера", с параллельным одобрением издания им в России двух газет на турецком языке.

Правда, вполне возможно, что постепенно в "деле" начали фигурировать уже не только франко-турецкие переговоры. Поддерживаемые англичанами греческие войска летом 1921 г. теснили турок, нанеся им несколько локальных поражений. Поэтому в Москве не исключали контактов Кемаля с британцами.

В общем-то, у Кемаля уже был опыт сталкивания с двойной игрой большевиков, когда Москва, одной рукой налаживая контакты с ним, другой готовила в Баку для лидерства в "Советской Турции" ядро коммунистической партии страны в Баку во главе с Мустафа Субхи. Тогда, в январе 1921 г., кемалисты не пропустили М. Субхи и Со, направившихся в Турцию в целях подготовки необходимых условий для революции в стране, далее Карса и Эрзурума. Коммунисты вынуждены были возвратиться через Трабзон в Баку, но, отплыв на лодке, 28 января оказались убитыми (каких-либо доказательств о причастности к убийству официальных турецких властей обнаружить не удалось). Так что игры Советов вокруг Энвера не были для М.Кемаля чем-то ноу-хау. Но при этом он аккуратно доводил до Москвы информацию о понимании складывающейся ситуации. Так, сотрудник посольства РСФСР в Анкаре Б. Пискунов сообщал в центр о неоднократных жалобах Кемаля "на оказываемую Москвой поддержку и помощь Энвер-паше и на какие-то военные приготовления, направленные против Турции закавказских республик"(5).

Как отмечает турецкий исследователь Мустафа Озтюрк, кемалисты всерьез опасались, что в случае неудачи их военной операции против греческой армии, Энвер постарается возвратить себе утраченные позиции, и Анатолия снова попадет в ситуацию двоевластия, на этот раз уже не с кабинетом Стамбульского правительства, а с Энвером и его сторонниками. Для М. Кемаля это был критический момент, так как на фоне нахождения греческой армии к осени 1921 г. в 224 км от Анкары, упорно курсировала информация об ожидании Энвер-пашой на кавказско-турецкой границе приказа о вступлении в страну(6).

Последний аспект не был, как усматривается, слухом. Ряд источников сообщают об организации Энвером 5-8 сентября в Батуме некоего собрания т.н. «Народной советской партии», с ее представлением а «авангардом социалистической революции, итогом которой станет образование Советской Турции»(7). Однако, успех М. Кемаля под Сакарией, где он 13 сентября разгромил греческие войска, меняет ход греко-турецкой войны. Видоизменяется и геополитическая раскладка вокруг нее.

Дашнаки не сдаются

Лето 1921 г. оказалось звучным и для "Армянского вопроса". Согласно мартовскому российско-турецкому договору, Нахичеванский уезд передавался Азербайджану, а бывший Зангезурский - Армении. В начале апреля 1921 г. Г. Чичерин фиксировал, что преследуемые коммунистами "остатки котрреволюционных дашнаков" бежали в Зангезур(8). 3 июня рассматривавший "Зангезурский вопрос" Пленум Кавказского бюро ЦК РКП(б) постановил "Зангезур ликвидировать в конце июня", в связи с чем "немедленно приступить к подготовке военных действий"(9).

Но решение вопроса на корню несколько затягивалось, причиной чего, судя по всему, являлась все та же "концессионная передышки". Как представляется, большевики предпочли разрешить курируемую англичанами "дашнакскую проблему" мирным путем. На пути к чему Пленум Кавказского бюро ЦК РКП(б) 5 июля 1921 г. принял решение о Нагорном Карабахе. Специальное постановление по этому поводу гласило: "Исходя из необходимости национального мира между мусульманами и армянами и экономической связи верхнего и нижнего Карабаха, его постоянной связи с Азербайджаном, Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию с административным центром в гор. Шуша, входящем в состав автономной области"(10).

Что касается связки "дашнаки - Зангезур", данный ракурс получил интересное развитие на июльских переговорах в Риге между делегациями ЦК РКП(б) (известный советский дипломат Адольф Иоффе, Тер-Габриэлян, Тер-Ваганян) и "Дашнакцутюн" (В. Папазян и др.). Дашнаки выдвинули предложение о создании "независимой и самостоятельной Армении" на основе территориального объединения "так наз. Русской Армении с так наз. Турецкой Арм". 14 июля представители Москвы парафировали договоренности, обязавшись воздействовать "на правительство РСФСР в принятии им на себя почина и содействия осуществлению" этого пункта. В письме Г. Чичерину А. Иоффе высказал мнение, что "выработанное нами соглашение и формально, и по существу вполне целесообразно и должно быть Вами принято". Предвидя возражение о возможном ухудшении отношений "с кемалистами, так как покушаемся на их территории", А. Иоффе конкретизировал о покушении "на [н]ее не для себя, а для независимой Армении". Считая, что тем самым "мы проучим Кемаля, доказав" ему невозможность "вести свою политику за нашей спиной" и отсутствие намерения оказывать помощь Анкаре "при враждебном отношении к нам". Однако, Чичерин парафированное соглашение назвал совершенно неприемлемым, по причине его приведения (в случае ратификации) к "серьезным осложнениям" для восточной политики, имея "для нас роковые последствия"(11). 24 июля в телефонограмме в Политбюро Ленин, высказав согласие с доводами Чичерина, предложил рижские договоренности "решительно и немедленно отклонить"(12). Естественно, так и произошло (протокол N53А заседания Политбюро от 26 июля).

Тем самым, угроза территориальной безопасности Турции была снята с повестки дня, и в меморандуме от 4 августа министр иностранных дел правительства ВСНТ Юсуф Кемаль, констатируя освобождение восточных народов "от ига империализма" только в случае российско-турецкого блока "против западных правительств", зафиксировал обращение ВНСТ к большевикам "с предложением своего сотрудничества во всех вопросах, где цели и интересы обоих Правительств достаточно близки, чтобы их можно было бы рассматривать как тождественные"(13). В конце августа ВНСТ положительно отреагировало на просьбу Москвы о принятии Анкарой делегации Украины во главе с членом ЦК РКП(б) и Реввоенсовета Кавказского фронта, главнокомандующего вооруженными силами Украины Михаила Фрунзе. Сентябрьский же перелом на греко-турецком фронте способствовал еще большему взаимопониманию между Россией и Турцией.

Окончание следует

1.Саакян Р.Г. Франко-турецкие отношения и Киликия в 1918–1923 гг.
http://www.genocide.ru/lib/sahakyan/2.htm

2.См. подр. : Теймур Атаев. II-я половина 1920-го. Трудности Анкары, «Чудо на Висле» и надежды «Армянского движения»
http://azeri.ru/papers/echo-az_info/28480/

3.1-ый съезд народов Востока. Баку, 1-8 сент 1920 г. Стенографические отчеты. Петроград, 1920, с. 109-110

4.Цит. по: Рем Казанджян. Большевики и младотурки. История любви и новые документы
http://ardvin.do.am/news/bolsheviki_i_mladoturki_istorija_ljubvi_i_novye_dokumenty/2011-07-12-52

5.Из доклада сотрудника посольства РСФСР в Ангоре Б. Пискунова
http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/1200-1228.htm

6.М. Озтюрк. Взаимные сомнения и недоверие между большевиками и кемалистами в период становления советско-турецких отношений в 1920–1922 годы
http://proceedings.usu.ru/?base=mag/0084(03_$05-2010)&xsln=showArticle.xslt&id=a25&doc=../content.jsp

7.Михаил Калишевский. «Наполеон» - «Наполеончик» - «Летучий голландец»
http://www.fergananews.com/article.php?id=7190

8.Нота Г. Чичерина Послу Правительства ВНСТ
http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/1163-1199.htm

9.Постановление Пленума http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/1163-1199.htm

10.РГАСПИ, ф.64, оп. 2, д. 1, л. 118, 121.122. Цит. по: Сахиб Джамал. Карабахская хроника.Реконструкция этнической истории Карабаха по архивным материалам (1805-1905 гг.)
http://sheki.kimostra.ru/p_garabag_xron_3.htm
О большевистских играх вокруг Нагорного Карабаха см. подр.: Джамиль Гасанлы. Вопрос о Нагорном Карабахе на Кавказском бюро ЦК РКП(б) в 1920-1923 годах
http://www.ca-c.org/c-g/2011/journal_rus/c-g-1-2/12.shtml

11.Предложения "Дашнакцутюн"
http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/1200-1228.htm#1207

12.Ленин. Телефонограмма в Политбюро
http://politazbuka.ru/downloads/Knigi/Lenin__SoW_5th_edition_RU_vol_53.pdf

13.Меморандум Ю.Кемаля
http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/1200-1228.

Автор: Атаев Теймур
Политолог, Азербайджан

Версия страницы
для печати





© Центр изучения стран постсоветского зарубежья, 2006
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на www.postsoviet.ru обязательна.
При перепечатке в интернете обязательна гиперссылка www.postsoviet.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
Москва, м.Новослободская, ул. Чаянова, 15   
Телефон: (495) 250-66-93
Электронная почта: rsuh@rsuh.ru